"62. Модель для сборки". Хулио Кортасар - 7Post

Хулио Флоренсио Кортасар родился 26.08.1914 года

Инструкция по сборке живого человека.

Роман Хулио Кортасара «62. Модель для сборки» - штука хитрая.

Садишься читать - вроде бы всё ясно и понятно. Вот люди. Вот они гуляют по улице. Вот они разговаривают. Вот они пьют вино. Вот они страдают от любви. Всё как обычно. А потом закрываешь книгу и понимаешь: ты только что собрал конструктор без инструкции, и у тебя в руках остались лишние детали. Или, наоборот, не хватает самых важных. Или это вообще не конструктор, а кто-то подсунул тебе коробку из-под конструктора, а внутри - аквариум с медузами.

Сам Кортасар не однажды называл этот роман «своим уродливым, но несказанно любимым ребенком». 

И в этих словах   -  понимание того, что мы читаем. Ибо «62. Модель для сборки» - это как раз про то, как мы собираем себя, друг друга, свои воспоминания, свои сновидения, свои города и свои ночи из того, что попадается под руку. И получается обычно всегда немного коряво, иногда бывает даже уродливо.

Но любимо.

Человек как незаконченный чертёж на листе ватмана, который торопливо пытаются закончить сломанным цветным карандашом сразу несколько рук.

Вот представьте себе  такой простой фокус: вы гуляете  по городу. Вы - это вы. Но одновременно вы - это сумма того, что про вас думает прохожий, того, что сказала вам утром кассирша в магазине, ну, конечно же, того, что вы прочитали вчера в странной книге про сборку странных моделей.

 Сам Кортасар сформулировал это  довольно витиевато:

«…мы в гораздо большей степени являемся суммой чужих поступков, чем своих собственных».

Но ведь это же не просто красивая фраза, вам не кажется? Но это же предварительный диагноз вашему состоянию. Вы думаете, что вы - это вы? А вот и нет. Вы - это ваш друг, который забыл позвонить; вы - это женщина, которая посмотрела на вас в метро; вы - это официант, который принёс не совсем тот кофе, который вы заказали. И все они заново пересобирают вас каждую секунду  с ног до головы.

Это если бы каждого из нас собрали наспех из разноцветного лего, которое собирают непонятно чьи заботливые руки. А нам  даже не моги никому жаловаться,  потому что жаловаться - это тоже чей-то поступок, который мы нагло смеясь собираемся себе присвоить.

Или вот ещё такое:

«…по сути, каждый из нас – это два человека: один левый, другой правый? Один полезный, другой никуда не годный?»

Кортасар, конечно, иронизирует. Но если вдуматься - это же гениально. Левый и правый.

Одна половина - та, которую вы успешно показываете всему миру. Вторая - та, которая сидит внутри и думает: «А не пошло ли  оно всё к чёртовой маме?» И круглосуточный  спор между ними.

И вот этот  бесконечный  спор обо всём  - и есть вы, как бы этого не хотели. 

Тайная  жизнь и непрерывная лавина черепах у нас перед глазами. 

Самая, пожалуй, кортасаровская мысль - о том, что у каждого из нас есть какая-то вторая, потаённая жизнь. Она течёт где-то под поверхностью, и мы даже не всегда её замечаем. Но именно она нас и спасает.

«Что всех нас спасает, так это потаенная жизнь, имеющая мало общего с повседневной и астрономической, подспудный мощный поток, не дающий нам разбрасываться в попытках конформизма или заурядного бунта, это как бы непрерывная лавина черепах, чье противостояние быту никогда не прекращается, потому что движется она в запаздывающем темпе, едва ли сохраняя какую-то связь с нашими удостоверениями личности, фото в три четверти на белом фоне, отпечатком большого пальца правой руки, с жизнью как с чем-то чужим, но о чем все равно надо заботиться».

Сны как тренажёрный зал для безумия в мире благополучия.

 Кортасар относится к ним с особым  пиитетом.

«В снах нам даётся бесплатная возможность потренировать наши способности к безумию».

Вот это я понимаю, профессиональный подход. Во сне можно почти всё. Можно летать. Можно встретить мёртвых и пообщаться с ними. Можно, наконец, сказать любому человеку всё, что вы думаете о нем, и проснуться с чувством выполненного долга. И при этом вообще никакой ответственности. Бесплатный тренажёрный зал для психики. Причём абонемент не нужен.

Или вот:

«Если бы я случайно увидела тебя во сне, ты бы за это не отвечал».

То есть сны - это зона без ответственности. Место, где можно быть кем угодно и делать что угодно, и никто тебя не осудит. Даже ты сам. Ну, почти. 

Абсурд - это порядок.

Кортасар вообще любит переворачивать привычные вещи. Вот, например, что такое абсурд?

«Абсурд - это не то, что выходит за рамки порядка, абсурд - это сам порядок, это уверенность в завтрашнем дне, это то, что ты каждое утро забираешь газеты из почтового ящика».

И  вот тут нам всем уже совсем не до веселья. Потому что он очень даже может оказаться прав. Самое абсурдное - это вставать в одно и то же время. Пить один и тот же кофе. Идти на одну и ту же работу. Читать одни и те же новости и делать вид, что всё это всё ещё имеет смысл. Ну разве вам не кажется  абсурдным?

И, конечно, ее величество любовь. Куда без неё?

«Когда я говорю «любить», я не имею в виду питать нежность или быть к нему доброй и прочие приятные заменители, высшее достижение нашей цивилизации».

Осторожно! Вот сейчас вам может быть немножечко больно. Потому что мы все привыкли к «приятным заменителям». К вниманию, к заботе, к «как дела?» и «приятного аппетита». А Кортасар говорит: это не любовь. Это подделка. Это игра. Это имитация любви.  Любовь - это нечто другое. Что-то, что не упаковано в показные жесты  и  социально одобряемые слова. Что-то такое, что не является «высшим достижением цивилизации» (читай:  обычным  самообманом).

И  тогда вы себе задаёте прямой вопрос: ну и что же тогда есть "любовь"? А вот этого ответа в книге нет. Потому что, если бы он был, то такой вот  ответ - это и есть та самая сборка (человека или того, что мы привыкли считать человеком) и есть. Вы же сами собираете его из своих бессонных ночей, из своих (иногда бывает так,что из и из чужих, но это случается крайне редко) ошибок, из так называемых «нежности» и «доброты» - и из всего  того, что за ними стоит. Ну или не стоит. Тут уж как у вас получится на этот раз.

Молчание как предательство.

И последнее, что ещё можно было бы попробовать вытащить из этой бездонной коробки с разными деталями:

«молчание - это тоже предательство».

Вот это, пожалуй, самый неожиданный момент во всей книге. Потому что нам с детства внушили,  что предательство - это когда какой-то поступок. Или проступок. А оказывается, можно просто ничего  не делать.  Молчать. И это будет то же самое. Можно не сказать то, что нужно было обязательно сказать. Можно не позвонить. Можно не написать. Можно просто быть тихим и удобным - и это тоже будет предательством. Не потому что вы сделали что-то плохое. А всё это только потому что вы не сделали то, что должны были сделать. Ну или могли бы. 

И это, между прочим, очень созвучно с идеей, что мы - «сумма чужих поступков». Потому что если вы молчите, вы оставляете другого человека собирать вас из своего воображения. А он соберёт вас обязательно неправильно. И это будет  только ваша вина. И ничья больше.

Ну и последнее: инструкция по сборке:

Так что же такое «62. Модель для сборки»? Это книга о том, как мы собираем себя и друг друга из обрывков чего попало. Из снов, из случайных фраз, из взглядов, из молчаний, из тайных потоков и черепашьих лавин.

Кортасар не даёт готовых ответов. Он даёт только некоторые детали. Много деталей. И говорит: собирай сам. Попробуй. И не жалуйся, если получится уродливо. Это твой ребёнок. И он любимый. Не всегда самый красивый, но любимый.

А если вы думаете, что психология - это про тесты, диагнозы и «норму», то вы просто не читали Кортасара. Потому что норма - это когда вы каждое утро забираете свои газеты из почтового ящика. А жизнь - это когда вы понимаете, что это и есть самый настоящий абсурд. И идёте собирать свою собственную модель заново.

Как говорит сам Кортасар:

«По-настоящему кончается только то, что начинается каждое утро».

Так что каждое утро - новая сборка.

Удачи вам. 

Но увы, хорошей инструкции у меня для вас нет..