За гранью Незримого. Глава 1.3 — alex.myst | 7Post

Глава 1. День, когда всё началось

Часть 3. Побег

Ссылки на прошлые части:
Часть 1. Непобедимый босс
Часть 2. Нежданная компания

Фомин спрыгнул с качелей, которые издали такой звук, будто были рады облегчению ноши, и окликнул компанию:

— Привет, пацаны! Чем занимаетесь?

Родион окинул мальчика оценивающим взглядом и вполголоса обратился к Андрею, заметив его радостный вид:

— Вы знакомы?

— Да, это мой одноклассник, Гришка, — ответил Фролов.

— Одноклассник? — с ухмылкой переспросил Родион. — Мелкий какой-то. Как детсадовец.

— Я не детсадовец!.. — возразил Гриша. — Уже в первый класс хожу.

Он тут же почувствовал, до чего нелепо прозвучало это оправдание. Родион после этих слов пристально уставился на Андрея, который почему-то вздрогнул и зажмурился.

— Та-ак, — протянул он, обращаясь к Гришиному приятелю, — объясни-ка мне кое-что. Как это твой одноклассник может быть в первом классе, если ты мне сказал, что учишься в третьем?

Фролов сглотнул так, будто в его горле провернулся плохо смазанный механизм.

— Ну… я… не это имел в виду, — залепетал он. — Я хотел сказать… что мы учимся в одной школе.

Ложь бывает довольно хрупкой, если её на ходу пытается слепить первоклашка, приписавший себе пару лет возраста, чтобы выглядеть солиднее среди старшей дворовой «аристократии». Теперь его легенда трещала по швам. Андрей замолк, потупился и начал пинать липкий снег с видом человека, чья популярность только что устремилась к нулю.

Гриша тем временем полностью разочаровался в своей идее примкнуть к такому обществу, но ждал, что же в итоге предпримет его друг.

Первым неловкую паузу нарушил Родион:

— А я ведь сразу не поверил в эти бредни. Ну и ну! Мало мне одного малолетки-балабола, так теперь вас ещё и двое. Мы вообще-то на Завод идём, по заброшкам лазить. А там мелюзге делать нечего. Только мешать будете!

Фролов молчал. Гриша хотел было возразить Родиону, что он за ним и не увязывался, но не стал. Петров продолжил речь, изобразив некое великодушие:

— Чего умолкли? Ждёте, что пожалею? Так уж и быть, я сегодня добрый. Можете пойти с нами, если хотите. Но учтите: я вам не нянька!

Грише не были по нраву ни тон Родиона, ни его затея, ни он сам. Но особенно задевало то, что Андрей, по-видимому, схожих чувств не испытывал.

— Я не пойду, — сухо, но честно ответил Фомин. — Маму жду.

Родион хмыкнул и перевёл взгляд на Андрея. Тот сразу затараторил, косясь на Гришу после каждого слова:

— Да, конечно, я иду! Гриш, ну а ты? Может, всё-таки с нами, а? Будет весело! Там столько всего интересного: цеха, оборудование… Родик рассказывал, что однажды даже нашёл там противогаз, представляешь!

На секунду Гриша даже задумался, но взглянул украдкой на Родика, вспомнил о записке в коридоре и тогда всякую тягу к приключениям как рукой сняло.

— Представляю, — сказал в итоге он, — но я обещал не уходить со двора. А ещё, если ты не забыл, у меня сегодня день рождения. Ты ведь придёшь?

Андрей замер и уши его моментально покраснели.

— Я помню! Конечно помню и обязательно приду, — поспешил ответить он. — С днём рождения, кстати!

— Спасибо. Но ты же вроде на Завод собрался, — с некоторой долей ехидства заметил Фомин. — И именно сегодня. В другой раз никак?

— Да, но я только туда и обратно. Мигом! Да и ребята…

Фролов замялся и оглянулся на Родиона. Тот молча наблюдал за напряжённым диалогом мальчишек со скучающим видом, явно не собираясь облегчать своему новобранцу его моральные муки.

Андрей так и не договорил, но Гриша понял без слов. «Ребята же не простят, в другой раз не предложат». Мальчик осознал, что спорить дальше бессмысленно: его друг уже сделал выбор. Видимо, он слишком уж грезил о старших товарищах вроде тех, которые научат плеваться сквозь зубы и говорить «слышь» с правильной интонацией.

— Ладно, — произнёс Гриша, уже не скрывая обиды. — Иди, куда хочешь. Только потом не говори, что я не предупреждал.

Андрей так и не нашёл, что сказать. Он только резко кивнул, пряча глаза, и вернулся к Родиону, который, надо сказать, уже начинал терять терпение.

— Наконец-то! — воскликнул он. — Я уж думал, что вы так до вечера собачиться будете. Ну да ладно. Хоть от кого-то из вас двоих будет толк. Наверное. Но точно не от этого маминого сынка. И зачем тебе, Андрюха, с ним дружить?

Теперь уши покраснели и у Гриши. Фролов пробормотал, что хотел бы дружить со всеми, но Петров уже не слушал. Он зачерпнул немного мокрого снега, наскоро слепил в комок и скомандовал, вложив получившийся снаряд в Андрюшкины руки:

— У меня идея. Давайте в честь праздника закидаем эту мелочь подарочками!

Спустя мгновение хулиганская троица с улюлюканьем загребала снег и обстреливала Гришу. Тот пытался уворачиваться, но несколько снежков уже достигли цели. Одежда моментально намокла и стала неприятной.
Андрей стоял в стороне и смотрел на грязный тающий шар в руках так, будто держал не снег, а орудие преступления.

— Бросай! — гаркнул Родик.

— Я не могу… он же мой друг, — пролепетал Фролов.

— Если не бросишь — тоже мишенью будешь!

Андрей надрывно простонал от безысходности, зажмурился и взмахнул рукой. Снежок сорвался с его ладони, спикировал и шлёпнулся на землю в паре метров от Гришиных ног. Трудно было сказать, дрогнула ли рука или неизбежность заставила бросать как попало. Родион рассердился:

— Кто ж так кидает? Слабак! Смотри, как надо!

Он схватил пригоршню, собрал в ком и ловко запустил в убегающего Гришу. Снежок угодил прямо в голову. Сырость проникла за пазуху и за шиворот. Стало до того обидно, что слёзы подступили к глазам. Мальчик постарался подавить в себе желание разреветься и молча отступил в сторону подъезда, отряхиваясь и надеясь, что теперь его оставят в покое.

Родион торжественно развёл руками:

— Ну вот и всё! Наверное, будет мамке жаловаться. Пойдём отсюда, парни. А ты, рыжий, сиди и дальше под юбкой! Поближе к месту, откуда тебя рожали.

Вот тут-то Гриша не стерпел. Смесь злости и обиды буквально вскипятила его кровь с невиданной прежде силой.

— Маму мою не трожь! — закричал он. — Не смей так говорить о ней!

Это было смело. И опрометчиво. Против Гриши было трое старших крепких мальчишек, а на помощь Андрея рассчитывать не приходилось. Ситуация напоминала сцену из боевика: герой, окружённый врагами, превосходящими по силе и численности. Разница была в том, что в фильмах у героя всегда есть шанс победить. А в реальности, как бы ни чесались руки вцепиться в соломенные патлы Родиона, единственным выходом был побег, маршрут которого уже строился в Гришиной голове.

На некоторое время все пришли в замешательство. Даже Петров, ведь не каждый же день на него с праведным гневом в голосе кричат первоклашки. Но эта растерянность быстро прошла. Он расхохотался.

— Сейчас лопну! Вы слышали? Какая-то козявка указывает мне, что делать! Давай, попробуй-ка заткни мне рот. Я посмотрю!

Дальше Петров продолжил говорить гадости про Гришину маму, попутно кривляясь и натужно гогоча. Это и стало последней каплей.

Гриша решил действовать. Он нагнулся, сгрёб мокрого, грязного снега и слепил из него плотный увесистый ком. Такой, что рука сама потянулась за голову для броска. Этот чёрно-белый, с позволения сказать, снежок описал дугу в воздухе, как пушечное ядро, а затем с чавкающим звуком влетел прямо в Родионов рот, разинутый в приступе хохота.

Мальчик поразился собственной меткости. Эффект превзошёл все ожидания — заткнуть Петрова действительно удалось. Пока тот отплёвывался, согнувшись пополам, двое его сподвижников захихикали, стараясь не подавать виду. Андрей застыл с отвисшей челюстью. И хотя электрики на том конце двора были слишком заняты, чтобы отвлекаться на детские разборки, а водитель, скорее всего, дремал в кабине после обеда, Грише почудилось, что даже они краем глаза наблюдали за его триумфом.

Жаль, что сполна насладиться зрелищем не получилось. Мальчик развернулся и бросился бежать. Родик уже начал раздавать тумаки и приказы своим товарищам.

— Чего ржёте, придурки?! За ним! Держите этого щенка! Я ему шею сверну! — примерно такие слова он провопил, если опустить все ругательства.

Фомин тем временем уже покинул двор, надеясь, что у него будет хоть какая-то фора, чтобы убежать и затихариться.